September 19, 2018

Возрождение Японии – урок для России

Послевоенная «оккупация Японии была
кратковременной, а само господство оккупантов-американцев – мирным». Ивасаки Масааки
Росиадзин то нихондзин (Русские и японцы) Саппоро, 1996. С.37

Опыт послевоенного демократичес¬кого возрождения Японии мало из¬вестен в России. Осо-бенно это ка¬сается реформ политической и социаль¬ной сферы. Однако именно глубокая по¬литическая реформа явилась тем фунда¬ментом, на который опирается мощная экономика и демократическое общество современной Японии.
Послевоенные реформы в Японии осуществлялись при активном вмешательстве и под жестким контролем оккупационной администрации США во
главе с генералом Дугласом Макартуром. Формально Макартур подчинялся международной Дальневосточной комиссии в Вашингтоне и Союзному Совету в Токио. Однако фактически генерал нес ответственность лишь перед президентом и конгрессом США.
Япония подписала акт о капитуляции 3 сентября 1945 г. И уже 22 сентября того же года оккупационные власти (далее «Штаб») издали директиву «Американская политика в отношении Японии на первой фазе после капитуляции», в которой заявили о том, что Япония должна быть демилитаризована и демократизирована.
В соответствии с распоряжениями «Штаба» вооруженные силы были распущены, а лидеры военного времени арестованы. В дальнейшем 28 из них предстали в качестве обвиняемых на Токийском процессе, длившемся почти три года. По приговору Международного Дальневосточного трибунала семеро военных преступников были повешены, шестнадцать приговорены к по¬жизненному заключению, двое – к незначительным тюремным срокам.
Страна древней имперской традиции, Япония нуждалась в глубоких демократических преобразованиях. Было необходимо осуществить массовое перераспределение прав собственности, ликвидировать личные унии в экономике и госаппарате, разрушить монопольные механизмы подавления конкуренции, создать условия для массового появления свободных предпринимателей, осуществить земельную реформу.
Однако первые же месяцы оккупации показали, что сохранившаяся элита милитаристского режима – правительственный аппарат, дельцы промышленного и торгового капитала, местные власти – саботирует проведение реформ.
Коренным образом изменить ситуацию могла только глубокая политическая реформа. Ее основные задачи сформулировал генерал Макартур, выдвинув знаменитый план из пяти пунктов:
– ввести многопартийную парламентскую систему;
– расчленить гигантские промышленные монополии (дзайбацу) с тем, чтобы создать в экономике конкурентные отношения;
– инициировать создание свободных профсоюзов, независимых от правительства и предпринимателей;
– обеспечить права женщин;
– отстранить от власти 200 тыс. чиновников, занимавших высокие посты в государственном, муниципальном и хозяйственном управлении, – реформы должны проводить новые люди.
В соответствии с планом Макартура немедленно была начата демократизация, проводившаяся с исключи-тельной тщательностью.
Политическая реформа. В соответствии с распоряжениями «Штаба» был отменен репрессивный «Закон о сохранении общественного спокойствия», на основании которого политическая полиция подав¬яла свободу слова и собраний; освобождены политические заключенные; возобновили свою деятельность Социалистическая и Коммунистическая партии. Было предоставлено избирательное право женщинам, что существенно усилило в обществе интерес к политике.
Взамен прежней идеологии милитаризма началась активная пропаганда идей демократии. После многих лет подавления мысли и военной диктатуры стали насаждаться идеи свободы личности, равенства, права. Общественное мнение совершало поворот к осуждению политических лидеров, ответственных за развязывание войны. Оккупационные власти начали распространять информацию о США, о жизни американского народа. Они взяли под свой контроль Японскую радиовещательную корпорацию Эн-эйч-кэй. Возобновилось преподавание английского языка, запрещенное во время войны.
В течение нескольких месяцев была проведена массовая чистка всех, кто был признан ответственным за войну. Со своих постов были смещены ведущие политики, чиновники госаппарата, многие десятки тысяч служащих. Из учебных заведений были изгнаны преподаватели, которые являлись кадровыми офицерами армии и флота.
Это позволило накануне первых послевоенных парламентских выборов, к апрелю 1946 г., ликвидировать политическую систему и сеть личных связей, оставшуюся после милитаристского режима. Тем самым были созданы необходимые условия для зарождения новой политической элиты, которой предстояло повести за собой послевоенную Японию.
Роспуск дзайбацу и введение антимонопольного законодательства. Являясь основой военного могущества Японии, дзайбацу доминировали над индустрией, навязывали полуфеодальные отношения своим работникам, препятствовали развитию профсоюзов, закрывали внутренний рынок Японии.
По рекомендации Дальневосточной комиссии «Штаб» издал Директиву № 230, которая требовала от японского правительства принятия закона, препятствующего чрезмерному сосредоточению экономического могущества. Под давлением «Штаба» правительство в декабре 1947 г. провело через парламент «Закон о ликвидации чрезмерной концентрации экономической силы». К февралю 1947 г. 257 компаний горнодобывающей и обрабатывающей промышленности и 68 компаний сферы торговли и услуг были отобраны специальной ликвидационной комиссией для определения: не занимают ли они на рынке монопольного положения. На эти корпорации приходилось 66% капитала всех акционерных компаний Японии.
В дальнейшем, по мере развертывания «холодной войны», политика американской оккупационной администрации и цели оккупации были пересмотрены. США отказались от репараций, смягчены усилия по демонополизации, было провозглашено достижение Японией экономической самостоятельности. В результате деконцентрационный закон был применен лишь к 18 компаниям, из которых 11 были раздроблены, акции четырех – распроданы, а три были обязаны продать некоторые из принадлежащих им заводов.
В январе 1948 г. «Штаб» настоял на принятии правительством еще одного закона, который лишил членов семей дзайбацу возможности контролировать корпорации с помощью личных связей.
К лету 1948 г. роспуск дзайбацу был завершен.
Демократизация трудовых отношений. Преобразование трудовых отношений стало еще одним ключевым элементом демократизации. В марте 1946 г. вступил в силу «Закон о профсоюзах», поощрявший их создание. Профсоюзы были решительно настроены на уничтожение «феодальной» практики довоенной Японии, модернизацию и демократизацию страны, нередко выдвигая политические требования. «Штаб» поощрял создание и активную работу профсоюзов. В 1948-1949 гг. доля рабочих и служащих, являвшихся членами профсоюзов, превышала 50% (в настоящее время – менее 30%).
Важной особенностью трудовых отношений «периода восстановления» было широко распространенное равенство в уровнях оплаты менеджеров и рядового персонала. В условиях послевоенной нищеты это обстоятельство реально способствовало укреплению солидарности наемного персонала и администрации для преодоления общей беды. В свою очередь, как подчеркивают японские исследователи, солидарность работников и администрации, сотрудничество с профсоюзами, солидарность всего народа во многом обусловили успешное восстановление экономики и ее быстрый рост. В противном случае инвестирование было бы существенно затруднено из-за чрезмерных рисков.
Финансовая система – инвестиционная политика. В границах периода послевоенного восстановления 1945-1955 гг. может быть выделено несколько качественно различных этапов.
Август 1945 – конец 1946 гг. Для этого периода характерны экономический хаос и безнадежность. Страна пребывала в бездне нищеты. Основными проблемами того периода были безработица, инфляция, спад производства, острая нехватка продуктов питания.
1947-1948 гг. В эти годы был создан «Банк финансирования восстановления» для оказания помощи частным финансовым учреждениям. Банк предоставлял кредиты для инвестирования в производственные мощности и запасы сырья.
Декабрь 1948 – март 1951 г. Учреждается «Эквивалентный фонд», на счета которого зачисляется выручка от продажи американских товаров, поступивших в соответствии с программой американской помощи. В апреле 1949 г. в государственном бюджете учреждается специальный счет для кредитования частных компаний, функционирующих в базовых отраслях промышленности.
Апрель 1951 – 1955 гг. Ведущая роль в финансировании экономики переходит к Японскому банку развития. Формируется политика привлечения иностранного капитала. Заключение в 1951 г. Сан-Франциского мирного договора создало предпосылки для образования финансового рынка. В дальнейшем рынок стабильно расширялся и способствовал бурному экономическому росту.
В 1953 г. утверждается первая Программа государственных инвестиций и кредитов, которая интегрировала в единое целое различные инвестиционные и кредитные механизмы, которые ранее функционировали автономно. Программа существует и поныне. Распределение государственных инвестиций, по мнению японских специалистов, осуществляется на принципе справедливости, так как госинвестиции, по определению, не могут быть сосредоточены лишь на каких-то избранных проектах.
Социальная политика. До войны расходы на социальное обеспечение были минимальны: на их долю приходилось лишь 1,8% расходов бюджета. В течение 10 послевоенных лет эти расходы увеличились до 14%. К 1955 г. на случай заболевания были застрахованы 66% японцев, от несчастного случая – 79%, на случай безработицы – 68%, на случай утраты работоспособности в преклонном возрасте – 68%. Широкая программа социального страхования рассматривалась в качестве одного из важнейших элементов плана улучшения условий существования. Это обеспечивало психологическую поддержку и трудовую мотивацию народа, который после поражения в войне был деморализован и дезориентирован.
Японские специалисты подчеркивают: чистка довоенных лидеров и государственного аппарата, роспуск дзайбацу, реформа трудовых отношений и множество других послевоенных преобразований были осуществлены по распоряжению «Штаба» при вынужденном согласии правительства.
Иное дело аграрная реформа, которая была начата по инициативе правительства еще до того, как «Штаб» определил свою политику на этом направлении. Правительство взяло на себя инициативу из опасения голодных бунтов населения, желая стимулировать производство продуктов питания и предотвратить продовольственный кризис. Интересы помещиков-землевладельцев были принесены в жертву для сохранения существующего строя.
Аграрная реформа. Из всех послевоенных преобразований именно аграрная реформа, последовательно проведенная в течение 1946-1949 гг., обеспечила крупнейший сдвиг в социально-экономической структуре японского общества.
В ходе реформы крупные землевладельцы лишились практически всех своих владений. Было перераспределено: 1,87 млн гектаров обрабатываемой земли, что составляло 81% сдаваемых в аренду угодий, и 240 тыс. гектаров пастбищ. При этом удельный вес собственников в составе сельского населения увеличился с 36,5 до 57,1%, а доля арендаторов сократилась с 26,6 до 7,9%. Земля была изъята у помещиков без компенсаций и продана мелким арендаторам по очень низким ценам. Сами японцы признают: реформа прошла гладко потому, что «Штаб» внимательно наблюдал за ее проведением, поощряя по всей стране создание крестьянских кооперативов.
Кооперативы оказывали жесткое противодействие помещикам-землевладельцам, допускавшим противозаконные действия. Реформа привела к быстрому росту инвестиций в аграрный сектор, что обусловило увеличение производства продуктов питания и заложило основы совершенствования технологии сельскохозяйственного производства.
Ликвидация помещичьего землевладения оказала ощутимое воздействие не только на сельское общество, но и политику и экономику Японии в целом. Аграрная реформа стала значительным вкладом в процессы послевоенного возрождения Японии.
Опыт послевоенного демократического возрождения и экономического процветания Японии убеждает в не-разрывной связи и взаимообусловленности политических, экономических и социальных реформ.
Японские авторы подчеркивают: демократия Японии «была навязана победителями и насаждалась силами американских оккупационных властей». Тем самым признается, что мощный, долговременный демократический импульс был привнесен в японское общество «извне».
Россия, в силу принципиально иных исторических условий, подобной возможности не имеет. В России демократический импульс может быть сформирован лишь «внутри и изнутри» общества, для чего должны быть «выращены» носители политической культуры и политической воли демократии. Подобными носителями, по мнению автора, являются прежде всего политические партии демократической ориентации, а так¬же иные структуры гражданского общества.
Ни одна политическая партия современной России не обладает необходимым влиянием, чтобы реально защитить интересы большинства граждан и навязать властям политику в интересах этого большинства. Немощь партий обусловлена прежде всего крайне ограниченной способностью населения к общественной и политической самоорганизации. Социально-исторические причины данного феномена общественного сознания России весьма многообразны. Однако коренной причиной является патриархальная политическая культура основной массы населения, в т.ч. наиболее образованной его части – интеллигенции.

Сергей Магарил

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Comments are closed.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Читайте ранее:
Китай: прививка честности и законопослушности

Можно ли построить развитую экономику в обществе воров и жуликов? А в обществе, главной чертой которого является средневековая зависть к...

Закрыть
62 запросов. 0,739 секунд. 41.4355850219732 Мб