April 24, 2018

Конфискация имущества в России и других странах: проблемы, история, перспективы

В России на протяжении нескольких столетий существовал такой вид наказания, как конфискация имущества. Это, по нашему мнению, было обусловлено влиянием исторических факторов, которые сформировали в России особое отношение к частной собственности, отличное от характерного для других стран. В нашей стране населением не была воспринята идея, в соответствии с которой частной собственности придается особое, основанное на уважении, значение. Исторически сложилось, что в России всегда имела приоритет государственная форма собственности; “даже сам термин “собственность” стал использоваться лишь во второй половине XVIII в., при Екатерине II (тогда как до этого царь, олицетворявший собой государство, мог произвольно изъять любое имущество у любого своего подданного)” Гражданское право: Учебник. В 2 т. Том I / Отв. ред. проф. Суханов Е.А. М., Волтерс Клувер. 2008. С. 483..

В зарубежных странах в последние десятилетия конфискация рассматривается как уголовно-процессуальная мера, но не как вид наказания. Так, Уголовный кодекс ФРГ устанавливает, что “если совершено правонарушающее деяние и исполнитель или участник приобрел что-либо от деяния или посредством него, то суд назначает конфискацию этого приобретения” Уголовный кодекс Федеративной Республики Германия / Науч. ред. Шестакова Д.А. СПб., Юридический центр Пресс. 2003. С. 201 – 202.. При этом “назначение конфискации распространяется на извлеченную выгоду. Она может распространяться и на предметы, которые приобрели исполнитель или участник путем отчуждения приобретенного предмета или в качестве компенсации за его разрушение, повреждение, или изъятие, или на основе приобретенного права” Уголовный кодекс Федеративной Республики Германия / Науч. ред. Шестакова Д.А. СПб., Юридический центр Пресс. 2003. С. 202.. Интерес представляет Уголовный кодекс Швеции, который устанавливает, что “доходы, полученные в результате преступления… подлежат конфискации, если только это не представляется очевидно неразумным. То же должно применяться ко всему, полученному лицом в качестве оплаты издержек, понесенных в связи с преступлением… Стоимость полученного предмета может быть изъята вместо самого этого предмета” Уголовный кодекс Швеции / Науч. ред. Кузнецова Н.Ф., Беляев С.С. СПб., Юридический центр Пресс. 2008. С. 272.. Согласно данному Кодексу конфискация может также назначаться в отношении объектов, которые “вследствие их особой природы и других обстоятельств вызывают опасения, что они могут использоваться преступным образом”; “предназначены для использования в качестве оружия в преступлении против человеческой жизни или здоровья, и которые были обнаружены при обстоятельствах, вызывающих опасение, что они будут использоваться таким образом”; “предназначены для использования как вспомогательное средство в преступлении, причиняющем ущерб собственности, и которые были обнаружены при обстоятельствах, которые четко вызывают опасения, что они будут использоваться таким образом” Уголовный кодекс Швеции / Науч. ред. Кузнецова Н.Ф., Беляев С.С. СПб., Юридический центр Пресс. 2008. С. 273 – 274.. Таким образом, анализируя действующее западное уголовное законодательство, можно прийти к выводу о том, что конфискации подлежат лишь те доходы, имущество, которые непосредственно связаны с преступлением (получены в результате преступления, могут быть использованы в качестве орудия совершения преступления и т.д.). В нашей же стране долгое время конфискация применялась как вид наказания; при этом изымалось имущество, не связанное с совершенным уголовным правонарушением, о чем будет сказано ниже.

Русская Правда предусматривала такой вид наказания, как поток и разграбление, являвшийся аналогом конфискации имущества в современном ее понятии. Конфискация как вид наказания предусматривалась и правовой системой СССР. Так, конфискация упоминается в ст. 21 Уголовного кодекса РСФСР, введенного в действие 1 января 1961 г.; при этом согласно ст. 22 данного закона “конфискация имущества и лишение воинского или специального звания могут применяться только в качестве дополнительных наказаний”. Конфискация, по мысли советского законодателя, состояла в “принудительном безвозмездном изъятии в собственность государства всего или части имущества, являющегося личной собственностью осужденного”. Не подлежали конфискации предметы, указанные в Перечне, содержавшемся в приложении к Уголовному кодексу; законодатель также подчеркнул, что такие предметы необходимы для осужденного и лиц, находящихся на его иждивении. В случае конфискации осужденному оставлялось имущество, которое могло лишь минимально удовлетворить потребности (так, например, не подлежали конфискации лишь некоторые предметы одежды, постельные принадлежности, не имеющая художественную ценность кухонная и столовая утварь, одна кровать или стул на каждое лицо, один стол, один шкаф и один сундук на семью). С учетом того что в советское время еще многие семьи были многодетными, перечень в некоторых случаях отрицательно сказывался на благополучии даже тех граждан, которые были в родственных отношениях с совершившим преступление. Уголовный закон РСФСР ставил в зависимость то, какое имущество может быть конфисковано, от занятий осужденных лиц. Так, у лиц, основным занятием которых являлось сельское хозяйство, не могли быть конфискованы семена, необходимые для очередного посева. С учетом того что конфискация в целом ряде случаев сопровождалась лишением свободы, норма о сохранении семян зачастую не могла благоприятно повлиять на имущественное положение осужденного, ведь не все осужденные имели родственников или знакомых, готовых за них заниматься сельским хозяйством в то время, пока они находятся в местах лишения свободы.

Следует отметить, что законодатели с развитием общественных отношений постепенно отказывались от широкого применения конфискации. Так, благодаря Уголовному кодексу РФ 1996 г. снизилась возможность применения данного вида наказания (по сравнению с советским периодом); это достигнуто “в результате декриминализации ряда деяний, исключения ее (конфискации) из санкции статей за некорыстные преступления, а также замены в ряде санкций конфискации имущества штрафом” Степанищев А. Конфискация имущества [Текст] // Российская юстиция. 2008. № 6. С. 26.. Уголовно-исполнительным кодексом РФ от 8 января 1997 г. N 1-ФЗ был установлен перечень имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда. Следует признать, что данный перечень отличался более мягким подходом как к осужденному, так и к членам его семьи, хотя и он обеспечивал лишь мизерное удовлетворение потребностей. Так, одним из отличий по сравнению с советским законодательством явилось то, что не подлежала конфискации мебель, минимально необходимая для осужденного и членов его семьи.

В 2003 г. законодатели исключили из Уголовного кодекса конфискацию имущества, нажитого законными способами, как вид наказания, однако с момента исключения ведутся дискуссии по поводу возвращения конфискации как вида наказания в практику.

По нашему мнению, возвращение конфискации как вида наказания в уголовное законодательство нецелесообразно, а Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ “О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации” Собрание законодательства РФ. 2003. № 50. Ст. 4848., отменивший данный вид наказания, был важным этапом на пути совершенствования российского законодательства и обеспечения защиты прав, свобод и законных интересов граждан. Это можно объяснить, во-первых, тем, что как мера уголовной ответственности конфискация имущества влечет за собой чрезвычайно неблагоприятные последствия для осужденного; при этом конфискация – “мера, направленная не только против того, кто совершил преступление, но против членов его семьи” Морщакова Т.Г. Наказание должно быть адекватным // ЭЖ-Юрист. 2003. № 48. С. 6., лишающая родственников многих материальных благ и возможности наследовать законно нажитое преступником имущество. Общеизвестно, что лица, привлеченные к уголовной ответственности, после отбытия наказания встречаются с различными материальными трудностями, связанными с трудоустройством. Конфискация может лишь усугубить их неблагоприятное материальное положение и даже привести к совершению других преступлений. Во-вторых, конфискация имущества, по сути, приводит к умалению целей наказания, предусмотренных ст. 43 Уголовного кодекса. Исправление осужденного не может быть в полной мере реализовано, ведь на практике конфискация законно нажитого имущества воспринимается осужденным как унижение со стороны государства; при этом такое унижение касается не только его, но и, как говорилось выше, членов его семьи. Также не восстанавливается в полной мере социальная справедливость, так как, по нашему мнению, лишение физического лица частной собственности – в ряде случаев несоразмерная мера по сравнению с совершенным преступлением. Конфискация как вид наказания предусматривалась, например, за такое уголовное правонарушение, как вымогательство, совершенное либо группой лиц по предварительному сговору, либо неоднократно, и т.д. С учетом того что ст. 163 УК РФ (“Вымогательство”) предусматривает формальный состав преступления, наказание в виде конфискации являлось чрезвычайно жестким для правонарушителей. В-четвертых (данный аргумент тесно связан с предыдущим), конфискация имущества нарушает принцип справедливости, установленный ст. 6 Уголовного кодекса РФ, согласно которой наказание должно быть справедливым, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. В-пятых, возвращение конфискации имущества может привести к росту коррупции в среде судебных приставов, которые смогут получать взятки от, например, родственников осужденного, целью которых будет являться сохранение имущества такого осужденного Висков Н.В. Специальная конфискация: правовая природа и законодательная регламентация // Адвокатская практика. 2008. № 4. С. 25..

Представляется, что существование конфискации как вида наказания противоречит принципам уголовного права. Как известно, ст. 5 Уголовного кодекса РФ (принцип вины) устанавливает, что “лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина”; “объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается” Данилов Н.А., Козловская А.Э. Конфискация имущества в России и других странах: проблемы, история, перспективы // Исполнительное право. 2007. № 3. С. 26.. Если конфискуется имущество, в отношении которого не доказано, нажито ли оно в результате преступных действий, то, по сути, наказание устанавливается за невиновные деяния. Однако если изымается имущество, нажитое в результате преступных действий, то, безусловно, принципы уголовного закона не нарушаются: лицо, совершившее преступление, в данном случае претерпевает неблагоприятные последствия именно в связи с совершенным им деянием.

Также следует отметить, что во время существования конфискации как вида наказания правонарушитель, по сути, дважды претерпевал неблагоприятные последствия из-за совершенного деяния. Так, ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса РФ предусматривает, что “потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением” Маслов В. Процессуальные права потерпевших // Законность. 2008. № 9. С. 19.; допускается и возмещение морального вреда, причиненного противоправным деянием. Таким образом, до 2003 г. преступник в ряде случаев должен был и возместить вред потерпевшему, и (если это предусматривалось уголовно-правовыми нормами) лишиться своего имущества ввиду произведенной конфискации.

При исследовании проблем, связанных с конфискацией, следует обратиться к Федеральному закону от 27 июля 2006 г. № 153-ФЗ “О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона “О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма” и Федерального закона “О противодействии терроризму”. Данный Закон посвящен внесению изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов “О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма” и “О противодействии терроризму”. Федеральный закон № 153-ФЗ предусматривает, в частности, изложение раздела VI Уголовного кодекса РФ в следующей редакции: “Раздел VI. Иные меры уголовно-правового характера” и дополнение данного раздела главой 15.1, имеющей следующее название: “Глава 15.1. Конфискация имущества”. Таким образом, закон предусматривает возвращение понятия “конфискация” в уголовное законодательство, при этом подразумевая под конфискацией не вид наказания, а меру уголовно-правового характера. Представляется, что разработчики законопроекта и законодатель руководствовались критикуемым известным философом Гилбертом Райлом в его “Понятии сознания” подходом к пониманию вещей, который допускает такое высказывание, как “она приехала домой в машине и в слезах”. В раздел, изначально задумывавшийся как посвященный, во-первых, лицам, совершившим деяния, предусмотренные статьями Особенной части Уголовного кодекса, в состоянии невменяемости, во-вторых, лицам, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания, и, в-третьих, лицам, совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, включены нормы, посвященные совершившим преступления в состоянии вменяемости. (Для указанных в ранее действовавшем разделе VI лиц устанавливаются принудительные меры медицинского характера.)

Что же подразумевает под конфискацией законодатель? Согласно Федеральному закону № 153-ФЗ конфискация имущества есть принудительное безвозмездное обращение по решению суда в собственность государства следующего имущества: денег, ценностей и иного имущества, полученного в результате совершения преступлений, предусмотренных рядом статей Особенной части Уголовного кодекса (при этом следует отметить, что в законопроекте дан исчерпывающий перечень статей); денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы; денег, ценностей и иного имущества, используемых или предназначенных для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества или преступления; орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому Ревин В.П. Особенности конфискации имущества в уголовном законе // Российский следователь. 2007. № 24. С. 26.. “Если имущество, полученное в результате совершения преступления, и (или) доходы от этого имущества были приобщены к имуществу, приобретенному законным путем, конфискации подлежит та часть этого имущества, которая соответствует стоимости приобщенных имущества и доходов от него” Беляев А. Новое уголовно-правовое регулирование конфискации имущества // Уголовное право. 2007. № 2. С. 27.. Если конфискация определенного предмета “на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета”. Важно отметить, что законопроект N 28601-4 “О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона “О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма” и Федерального закона “О противодействии терроризму”, на основе которого был принят Закон № 153-ФЗ и который вносился на рассмотрение Государственной Думы РФ такими членами Федерального Собрания, как В.И. Федоров, А.Г. Лысков, М.И. Гришанков, В.А. Васильев и др., на первое место ставил интересы потерпевшего: согласно законопроекту при решении вопроса о конфискации первоначально должен решаться “вопрос о возмещении ущерба, который был причинен потерпевшему”, а лишь затем может быть обращено имущество в доход государства. Федеральный закон № 153-ФЗ отличается от законопроекта; в данном Законе установлено, что “в первую очередь должен быть решен вопрос о возмещении ущерба, причиненного законному владельцу” Рагулин А. Проблемы применения конфискации имущества в уголовном праве // Уголовное право. 2007. № 1. С. 26.. Сопоставляя тексты законопроекта и Закона, можно прийти к выводу, что Закон предусматривает более низкий уровень защиты прав и свобод физических и юридических лиц, предусматривая учет интересов лишь законных владельцев, но не всех потерпевших (при этом не совсем ясным является, что понимать под законным владельцем: владелец ли это объекта преступления или предмета преступления и т.д.) Висков Н.В. Конфискация и арест имущества: отдельные вопросы в свете новых редакций УК и УПК РФ // Юридический мир. 2007. № 1. С. 21..

Представляется, что ряд нововведений нецелесообразен ввиду того, что уголовно-процессуальное законодательство до внесения в него изменений, связанных со вступлением в силу Федерального закона № 153-ФЗ, предусматривало конфискацию нажитого незаконно, и перетекание норм права из одного нормативного правового акта в другой неоправданно ни с теоретической, ни с практической точки зрения.

Еще один крупный недостаток законопроекта – отсутствие ясного для адресатов закона критерия, на основании которого установлен уже упоминавшийся исчерпывающий перечень статей. Так, например, неясно, почему разработчики не указали в данном перечне, например, статью, посвященную незаконной банковской деятельности (ведь в результате данной деятельности преступники могут получать значительные доходы, которые могут в том числе использоваться для финансирования террористической деятельности), а включили такие статьи, как ст. 146 (“Нарушение авторских и смежных прав”), ст. 147 (“Нарушение изобретательских и патентных прав”) или ст. 227 (“Пиратство”).

Несмотря на то что в пп. “а” п. 1 ст. 104.1 установлен закрытый перечень статей, по которым возможно применение норм о конфискации, остается возможность расширительного толкования данной статьи. Так, пп. “б” п. 1 ст. 104.1 устанавливает, что конфискации подлежит следующее имущество: “деньги, ценности и иное имущество, в которые имущество, полученное в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы”. Возникает справедливый вопрос: совершения какого преступления, указанного в пп. “а” или любого, предусмотренного Особенной частью УК РФ?

Также некорректной, на наш взгляд, является формулировка п. 3 ст. 104.1: “Имущество, указанное в частях первой и второй настоящей статьи, переданное осужденным другому лицу (организации), подлежит конфискации, если лицо, принявшее имущество, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий”. Что значит “должно было знать”, каким образом? При такой формулировке этой нормы получается, что устанавливается презумпция вины вместо презумпции невиновности.

В ст. 141.1 УК РФ (что уже отмечалось) определено, что конфискация имущества есть принудительное безвозмездное обращение по решению суда в собственность государства имущества. Важным является вопрос, кто и как будет распоряжаться конфискованным имуществом. Согласно сложившейся практике реализации конфискованного имущества таможенными органами продажа такого имущества осуществляется по более низким ценам по сравнению с рыночными. На наш взгляд, недобросовестное применение пп. “б” п. 1 ст. 104.1 в настоящей редакции породит очередной всплеск корпоративных захватов. Представим такую ситуацию. Лицо, получившее имущество в результате какого-либо преступления, вкладывает это имущество в акции. Это лицо является добросовестным и лояльным акционером. При этом акционерному обществу неизвестно, на какие доходы приобретено 20% его акций. Через год лицо (возможно, по инициативе рейдеров) привлекают к уголовной ответственности с конфискацией приобретенных акции. Далее конфискованные акции реализуются по заниженной цене, которые и покупают захватчики фирмы.

Интересным представляется вопрос о распределении средств, полученных в результате реализации конфискованного имущества. Пунктом 4 ст. 8 Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма предусмотрено, что каждое государство-участник должно рассмотреть возможность создания механизмов, с помощью которых средства, полученные в результате конфискации, использовались бы для выплаты компенсации жертвам преступлений, указанных в пп. “a” или “b” п. 1 ст. 2 Конвенции, или членам их семей Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма принята 9 декабря 1999 г. Резолюцией 54/109 на 76-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН // Собрание законодательства РФ. 2003. № 12. Ст. 1059.. В РФ такой механизм распределения средств, полученных в результате реализации конфискованного имущества, не предусмотрен.

Существенным также является вопрос об основании назначения судом конфискации, если в ныне действующей редакции Уголовного кодекса РФ конфискация формально не является наказанием. Например, ст. 97 установлен закрытый перечень основания применения принудительных мер медицинского характера. По каким же основаниям будет проводиться применение конфискации? Будет ли при назначении конфискации использоваться усмотрение суда?

Недостатки в деятельности судов по разрешению вопросов о применении конфискации заключаются в основном в следующем.

“Суды часто необоснованно назначают конфискацию имущества в качестве дополнительного наказания без учета общественной опасности преступления, степени вины и личности осужденного.

Нередко конфискация обращается на имущество, которое по закону конфискации не подлежит.

Часто в процессе предварительного следствия или при обращении приговора к исполнению в опись включается имущество, не подлежащее конфискации, а суды не реагируют на такое нарушение закона.

В ряде случаев при рассмотрении уголовных дел суды не проверяют, является ли описанное имущество действительно личной собственностью подсудимого или его долей в общей собственности, в результате чего изъятию и конфискации подвергается не доля подсудимого в общей собственности, а все имущество, составляющее общую (совместную) собственность осужденного с другими лицами.

Имеют место и такие случаи, когда описывается имущество лиц, не привлекаемых к уголовной ответственности по данному делу и не имеющих к нему никакого отношения.

Суды не осуществляют повседневного контроля за деятельностью судебных исполнителей по выявлению и производству описи подлежащего конфискации имущества в порядке исполнения приговора, в результате чего своевременно не устраняются отдельные ошибки и извращения в работе судебных исполнителей.

В судах нет четкого, единого порядка рассмотрения жалоб по поводу неправильностей, допускаемых при исполнении приговоров о конфискации имущества Гулый А.А. Нужно ли России возобновление института общей конфискации имущества? // Юрист. 2006. № 4. С. 26..

Характеризуя проблему конфискации имущества, важно сказать, что зарубежные юристы постепенно отказываются от суровых имущественных наказаний, имеющих конфискационный характер. Так, Конституционный Суд ФРГ своим решением от 20 марта 2002 г. указал, что наказание, предусматривавшееся § 43а УК Германии и заключавшееся во взимании с осужденного денежной суммы, ограничивавшейся стоимостью его имущества, противоречило Основному Закону ФРГ. Аргументация органа конституционного контроля состояла в том, что “наказание по виду и размеру должно быть предвидимым, и определяется оно парламентским законодателем”; “должен учитываться государственно-правовой принцип вины, позволяющий назначать справедливые и соразмерные наказания”; “относительно данного наказания законодатель должен определить границы, позволяющие установить их минимум и верхнее значение” Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. М., ТК Велби. 2008. С. 315.. Данное наказание критиковалось и юридической доктриной Германии; доктрина признавала, что оно нарушает основные права и свободы, связанные с частной собственностью, а также зачастую несправедливо и несоразмерно причиненному вреду. Так, ученые-юристы отмечали, что имущественные штрафы, имеющие конфискационный характер, “представляют собой нарушение принципов вины, определенности; вторгаются в право собственности; нарушают начало лимитации (определения) наказания по объему и пр.” Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. М., ТК Велби. 2008. С. 316..

Выводые

В заключение отметим, что конфискация обладает значительным карательным и репрессивным потенциалом, что послужило причиной отказа от данного вида наказания в различных странах, в том числе в странах СНГ. Хотя следует заметить, конфискация как вид наказания до сих пор сохраняется в ряде национальных правовых систем (в качестве примера можно привести Францию, где в качестве наказания за преступление применяется конфискация одного или нескольких транспортных средств, принадлежащих преступнику). Целесообразность возвращения норм о конфискации в УК РФ для обеспечения правопорядка и развития экономики России покажет время. На данный момент при анализе статей гл. 15.1 УК РФ возникает больше вопросов, чем ответов. Представляется, что применение этой главы будет сложным и противоречивым.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Comments are closed.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Читайте ранее:
Причины и условия коррупционной преступности в современной России (экономические, политические, правовые и др.)

Проблема коррупции является следствием большого количества факторов и механизмов. Один из факторов распространенности коррупции - сложность структуры органов власти, наличие...

Закрыть
56 запросов. 0,733 секунд. 36.1878967285162 Мб