August 24, 2017

:

От советского к европейскому

Интервью министра Образования и науки Эстонии Яака Аавиксоо (часть 1).

Министр Образования и науки Эстонии Яак Аавиксоо принял участие в торжественном открытии Года науки Россия-ЕС 2014. В этот перекрестный год сотрудничества Эстония, понятно, наш партнер со стороны Евросоюза. Но 22 года назад система образования и науки у нас и у них была одна. Что изменилось за эти годы? Как соседи решали проблемы, которые стоят и перед нашей страной? Оказывается, там с этого года нет платного приема в вузы, тесты итоговых школьных экзаменов не гуляют в Интернете, а Академия наук Эстонии реформирована уже почти 20 лет назад и институты теперь часть университетов. Об этом рассказал «Новой газете» Министр Образования и науки Эстонии Яак Аавиксоо.

– Больше двадцати лет Эстония развивается самостоятельно. Какой путь проделало за эти годы эстонское образование, двигаясь от советского к европейскому?

– С одной стороны большой, с другой – нет. Не такой большой, как нам бы хотелось. В целом это можно назвать демократизацией. В Советском Союзе вся система образования была очень централизована и бюрократична. У нас в начале было много эмоций: все хотелось по-другому, по новому. Создавались новые учебные программы, в них было существенно меньше идеологии. Мы старались учиться у соседей: рядом Финляндия, чья система образования – признанный лидер в мире, – неплохой учитель. Быстрее всего развивалась система высшего образования. Создавались частные вузы. Высшее образование перестраивалось под болонскую систему – бакалавриат и магистратуру. Прошла реорганизация Академии наук: институты отделили от Академии наук, и перевели в университеты. Что-то похожее сейчас происходит в России спустя почти двадцать лет.

Школьное образование удлинилось, как в Европе до 12 лет. 9 лет – обязательное основное, 3 года – среднее/гимназия. Этот было сделано в начале 90-х. Сейчас мы идем дальше: среднюю отделяем от основной. Все основные школы должны быть одинаковыми по финансированию, по уровню программ – гарантированная основа для всех. Я иногда называю это коммунистической системой. А вот в среднюю школу нужно будет поступать по конкурсу и здесь будут варианты: гимназии с разной специализацией: гуманитарной или технической, и профессиональные училища. Эта реформа идет сейчас.

В середине 90-х мы ввели систему государственных итоговых экзаменов, которые проводят не школы, а министерство. Сначала обязательным для всех выпускников было сочинение и три предмета – по выбору (из шести основных). Но уже в следующем, 2014 году обязательных экзаменов станет три. К экзамену по эстонскому языку прибавится математика и иностранный язык. Мы делаем инновационный шаг: госэкзамен по иностранному будет проводиться на основе национальных тестов России, Франции, Германии. Мы подписали соглашения с этими странами. Нам легче: не надо разрабатывать свои эстонские тесты для экзамена по русскому или французскому. А у выпускника весомый бонус: сдал госэкзамен по иностранному, получаешь признанный в другой стране сертификат на знание языка.

Большие перемены произошли в профтехобразовании. В советское время на территории Эстонии было почти 100 училищ, сейчас – 33. И они более гибкие. Мы ориентируем их под конкретных работодателей, чтобы студенты проходили практику во время учебы. Это важно, потому что до последнего времени даже профтехобразование у нас было слишком академичное, практических навыков давали мало.

– Эстония одна из первых перешла на инклюзивное образование.

– По закону – да. С 2003 года дети с особыми потребностями имеют право обучаться в общеобразовательных учебных заведениях. Но не всегда это возможно и целесообразно. Государство дает такую возможность, но специальные образовательные учреждения остались. Число таких учебных заведений сократилось в два раза, но число мест – не так сильно. Перестараться здесь нельзя. Для инклюзивного образования нужны кадры, другие методы обучения. Есть психологические барьеры. К приходу особого ребенка в обычную школу должны быть готовы не только учителя, но и остальные ученики, и их родители. Нельзя форсировать. Десять лет у детей и родителей есть такое право, но не факт, что и еще через десять лет все дети с особыми потребностями будут учиться только в обычных школах.

– Есть ли сейчас в Эстонии бюджетные места в вузах и, если есть, то какое соотношение студентов на бюджетных местах и тех, кто учится за плату?

– Система вузов подстраивалась все это время к потребностям. В советское время в Эстонии был один университет – Тартуский, и пять вузов. Потом все вузы стали университетами, бывшие техникумы – вузами, появились частные. Был момент, когда всего вузов было 49. Сейчас – менее 30. Будут, видимо, еще сокращения. Возможно oстанется два госуниверситета и еще около десяти вузов. Частных останутся единицы.

В государственных вузах примерно половина студентов училась (до этого года) за счет госбюджета и половина платила за свое обучение. Но возникли проблемы. Первое: число студентов выросло. Те студенты, кто поступил на внебюджетные места, приносят плату, но они слабее, и общий уровень упал. Вторая проблема: возросло число студентов, а число выпускников практически не изменилось. Получилось, что эффективность системы высшего образования снизилась. И третье: разделение на тех, кто платит за обучение, и тех, кто учится за счет бюджета, происходит при поступлении, и то, как дальше учится студент, уже ничего не может изменить. Бесплатное обучение не работает как стимул для хорошей учебы.

Два года назад мы решили, что в госвузах мы меняем систему: нет больше платных и бесплатных студентов. Все, кто поступил, будут учиться бесплатно, если успевают. А вот если не выполняют учебную программу, учебные заведения могут требовать плату. На практике мы это пробуем с начала этого учебного года. Неуспеваемость выявится не в конце семестра или учебного года, а уже по ходу учебы: в наших вузах, как и в Европейских, учебный материал разделен на блоки, за каждый блок студент получает баллы. За год он должен набрать около 60 баллов. За один несданный раздел придется заплатить 50 евро. Пять несданных разделов – уже 250 евро.

При этом нововведении общее число мест в вузах сократилось. Университеты получили дополнительное финансирование, которое должно компенсировать потерю дохода, который приносили внебюджетные студенты. К концу года будут первые результаты. Поживем – увидим.

– В России сейчас самый больной вопрос – это ЕГЭ. Объективной проверкой знаний его сделать не получилось: в этом году ответы гуляли в интернете накануне экзаменов. У вас тоже есть государственный экзамен. Как он организован?

– На проблемы такого порядка, насколько мне известно, у нас никаких жалоб не было. Но система организации госэкзамена дорогая и бюрократичная. Конверты прячут, потом привозят в день экзамена в каждую школу люди, которые в этой школе не работают, и из каждой школы забирают все работы для независимой проверки. Сложная логистика. Я думаю, что имея современные методы распространения информации, пора организовывать экзамен в электронном виде. Но пока все на бумаге.

– Госэкзамен – после 12-летки, а после 9 класса?

– У нас есть тестирование и после 3-го и после 6-го и после 9-го класса. Но здесь другая система. Эти тесты мы спускаем из министерства, но проводят и проверяют сами школы. Возникают проблемы с объективностью в школах, потому что школы заинтересованы в более высоких результатах. Но мы доверяем школам. И соседние школы друг за другом смотрят: мы маленькая страна, все всех знают. Больших проблем не возникает.

– Больше доверия – больше ответственности.

– Есть русская поговорка: доверяй, но проверяй! И надо проверять. Мы считаем, что государственные и централизованные экзамены полезны. Они дают возможность увидеть уровень школы по сравнению с другими школами.

– У нас, когда ЕГЭ был еще в ранге эксперимента, заверяли, что школы по результатам ЕГЭ сравнивать не будут, потому что школу в социально неблагополучном районе и элитную гимназию нельзя сравнивать по результатам одинаковых тестов. Александр Болотов, который руководил тогда Рособрнадзором, утверждал, что этого не будет никогда. Но сейчас сравнивают школы, районы, даже у губернаторов в отчетах есть строка со средними баллами ЕГЭ по региону. И вы тоже говорите, что госэкзамен – удобный инструмент для сравнения. Но не будет ли школа всеми силами выдавливать неуспешного ученика, чтобы не портил средний балл вместо того, чтобы учить его? Кому же удобны госэкзамены – чиновнику или школе и ученику?

– На мой взгляд, и тем и другим. Только категорически нельзя связывать финансирование школы с результатом. Скорее наоборот. В той школе, в которой оказались низкие баллы, надо выявить причины, и, возможно, дать ей дополнительные средства, чтобы улучшить положение. Мы, конечно, анализируем эти результаты. Но сравниваем школы по разным параметрам, не только по баллам госэкзаменов. Официальных рейтингов при этом нет. Хотя баллы известны и кто захочет, может их составить и посмотреть, где, например, лучше всего сдают математику. Но это не является прямым инструментом администрирования системы образования. Хотя настроение, конечно, портится, когда твоя школа последняя по баллам.

– У вас дети по конкурсу поступают в гимназию. А в начальную школу отбора нет, или тоже есть?

– …Или тоже есть. Политика у нас такая, что все школы должны быть равны.

– Но некоторые равнее?

– Некоторые равнее. Исторически так сложилось. Политически это непросто изменить. Я бы хотел, чтобы отбора не было. Но в обществе говорят: это хорошие школы, зачем им запрещать быть хорошими? Я не хотел бы им запретить быть хорошими, но хорошая школа должна хорошо учить всех, а не только отобранных. Но политика не всегда разумное дело. Может быть, около 4% школ у нас есть таких, которые отбирают детей: 5–6 в Таллине, в Тарту – еще 2, в Нарве тоже есть. Штук пять школ называют в Эстонии элитными. Формального такого статуса нет, и финансирования у них дополнительного нет.

– Гимназия, как вы сказали – разная, есть гуманитарное, техническое, профессиональное направления. А задания на госэкзаменах для них разного уровня?

– Одинаковые. Но госэкзамены не обязательно всем сдавать. Если выпускник собрался в университет, он должен сдать, а если в профессиональное училище – может не сдавать, он и так получит документ о среднем образовании.

Людмила Рыбина, обозреватель

Этот материал вышел в «Новой» № 135 от 2 декабря 2013  https://www.novayagazeta.ru/articles/2013/11/27/57404-ot-sovetskogo-k-evropeyskomu

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Comments are closed.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Читайте ранее:
От советского к европейскому

Интервью министра образования и науки Эстонии Яака Аавиксоо (часть 2). – Сейчас в Эстонии 25–28% русскоязычного населения. Как организовано обучение...

Закрыть
52 запросов. 0,662 секунд. 28.5657196044922 Мб