December 10, 2018

Эстония – 30 лет без СССР

«Vana Tallinn» – так назывался знаменитый эстонский ликер, который в советское время везли из Таллинна как заграничный сувенир. Собственно, этот ликер можно купить в Эстонии и по сей день, и теперь-то он действительно заграничный. Но штука в том, что именно во времена СССР глоток этого сладкого напитка был воистину глотком свободы, а Эстония – особенно для близлежащих ленинградцев – суррогатным кусочком Европы. В Таллинн модно было ездить на выходные и в свадебное путешествие. В Эстонии снимали дачи на лето – в Усть-Нарве, в Пярну и в Хаапсалу. Детей вывозили на легендарные молочные продукты (которым, как считалось, не было равных) и на не менее легендарный свежий воздух – сосны и Балтийское море. И не мы тут были первыми. Отдыхать в Хаапсалу, скажем, любил еще Игорь Северянин – там сохранилась его мемориальная скамейка на берегу залива. А в советское время в Пярну отдыхал поэт Давид Самойлов («Сороковые, роковые, свинцовые, пороховые…»). Кроме того, Европа в советском кино – это почти всегда Эстония. От «Гамлета» до «Трех толстяков», от «Снежной королевы» до «Мертвого сезона» – за европейской натурой все «киносъемочные» ехали в Таллинн и его окрестности.

И «фишка», аутентичность Эстонии на протяжении всех лет советской власти заключалась в том, что маленькая страна сохранила не только европейский облик, но и дух. Леннарт Мери, президент свободной Эстонии с 1992 по 2001 годы, не случайно сказал: «Мы никогда не покидали Европу – это Европа на 50 лет покинула нас». Сам-то Мери точно ментально не покидал Европу, хотя и был вместе с родителями выслан в 1940 году из Таллинна в Сибирь на 10 лет. Вернувшись, он получил историческое образование, стал писателем и переводчиком, переводил на эстонский язык Шекспира, Ремарка и Грэма Грина. А в конце 1980-х годов возглавил эстонский Народный фронт. После установления независимости был назначен министром иностранных дел, а потом дважды избирался на пост президента. Сейчас таллиннский аэропорт носит имя Леннарта Мери.

Биография Мери – это портрет целой эпохи, внутри которой складывались и береглись все предпосылки для стремительного становления свободного государства. Республика формально еще оставалась в составе СССР, но 8 мая 1990 года Верховный Совет Эстонской ССР принял закон «О восстановлении действия Конституции независимой Эстонской Республики 1938 года» (!) А 20 августа 1991 года, когда в СССР случился путч, и еще неясен был его исход, Эстония подтвердила свою независимость. И уже 17 сентября 1991 года (меньше, чем через месяц!) была принята в состав ООН.

Эстонцы говорят: «Мы не реформировали советскую политическую систему, мы полностью ее демонтировали и выстроили на ее месте новую». Да, им было проще, можно сказать, они только этого и ждали. Эстония была единственной советской республикой, в которой при коммунистах свободно смотрели западные телеканалы – особенно финские. Сказывалась и схожесть языка – эстонский и финский относятся к одной языковой группе, финно-угорской. Но дело далеко не только в этом. Не была утрачена связь поколений (иначе откуда память о буржуазной конституции 1938 года?), поэтому сразу нашлись политики и экономисты, понимавшие основы современного цивилизованного государства: парламентаризм, независимый суд, неприкосновенность частной собственности.

Эстония – парламентская республика. Законодательная власть принадлежит однопалатному парламенту Riigikogu (101 депутат). Парламент и коллегия выборщиков, в которую входят представители органов местного самоуправления, избирают президента на 5 лет с правом занимать должность не более двух сроков. С 2016 года президентом Эстонии является Керсти Кальюлайд (1969 года рождения). По образованию госпожа президент – орнитолог, имеет четверых детей, второй раз замужем и владеет пятью европейскими языками, помимо эстонского. Президент определяет и осуществляет всю внешнюю политику страны, назначает премьер-министра, вправе распустить парламент и назначить досрочные выборы. Последним пунктом эстонцы очень гордятся: риск роспуска предостерегает парламентариев от непродуманных и скоропалительных решений.

Сегодня в Эстонии 13 политических партий. Все они на выборах борются за места в парламенте, но ни одна не достигает большинства (51%), что тоже очень позитивно: в итоге премьер-министр вынужден формировать сбалансированное коалиционное правительство. Коммунистическая партия распущена в 1992 году.

Кроме выборов центральной власти, чрезвычайно важны для повседневной жизни граждан выборы местного самоуправления. Закон о местном самоуправлении принят в 1993 году и звучит, как музыка: «самоуправления автономны в своей деятельности и административно не зависят от центральной власти». Если в парламентских выборах участвуют все граждане старше 18-ти лет, то органы самоуправления выбирают все жители конкретной территории, вне зависимости от гражданства. И эти органы решают все насущные местные задачи (организация дошкольного и школьного образования, соцпомощи, коммунальных услуг, благоустройства, культуры и досуга). Оттого-то (не говоря уже о чистоте и порядке) так часты праздники в маленьких эстонских городках: то парад собачек, то встреча с призраком в развалинах старого замка.

Независимые от власти самоуправления могут просить у власти финансовую помощь. И получают ее в рамках специальной государственной программы. Деньги на нее нашли очень остроумно. Для всех стран-членов ЕС существуют квоты на выброс углекислого газа. Эстония свои квоты не выбирает и продает их на внешнем рынке, в результате имеет возможность финансировать планы местных самоуправлений – до 35% необходимых затрат, например, на починку водопровода и канализации в многоквартирных домах, замену крыш, окон и дверей. Местным самоуправлениям позволена любая инициатива, не противоречащая государственным законам.

На страже законов в Эстонии стоит независимый суд. Судопроизводство разделено на 3 ступени: уездные и городские суды; в качестве апелляционных – окружные суды; Государственный суд, который одновременно является Конституционным. Судьи во всех инстанциях – внимание! – назначаются пожизненно президентом, а председатель Государственного суда – парламентом с подачи президента, с 3-х летним испытательным сроком. В Эстонии сильна германская правовая традиция – люди верят в закон, не сомневаются в квалификации и неподкупности судей.

Законом и судебной системой защищается главный кит, на котором стоит современное правовое государство, – неприкосновенность частной собственности, прописанная в Конституции. Гарантируется и право наследования, человек трудится на своей земле или на своем предприятии и не сомневается, что все это достанется детям и внукам. Для Эстонии, где уже в начале 1990-х годов практически вся экономика оказалась в частных руках, это особенно важно.

Но в 1991 году был принят закон о реституции. Потомкам эстонских граждан, сменившим место жительства в ходе советской оккупации, предложили вернуться и занять фамильную недвижимость. После подписания пакта Молотова-Риббентропа всем этническим немцам, проживавшим в Эстонии, Германия предложила переехать на историческую родину. Что большинство и сделало, получив в Германии компенсации за оставленные в Эстонии дома и квартиры. А в 1940 году, когда Эстония «влилась в семью братских советских республик», эстонцы тысячами (как семья Леннарта Мери) депортировались за Урал. Опустевшее по обеим причинам жилье было национализировано и раздавалось семьям победнее. И вот возвращаются хозяева.

Это был тот случай, когда понятие собственности из правовой категории перешло в категорию философскую. Чья эта квартира в Таллинне возле парка Кадриорг? Семьи, чей дедушка-офицер получил ее от советской власти в 1946 году? Или потомков немецкого часовщика, который проживал здесь с начала XX века? А по соседству жил профессор химии, после депортации вернувшийся уже в коммуналку. Его внуки тоже хотят вернуть свои права. Как быть? Решение было принято отважное и стремительное, хотя, по понятным причинам, не среди всех популярное. Недвижимость возвращается потомкам былых хозяев. Люди, занимающие означенную жилплощадь, ее покидают. Им выдается компенсация, но не в виде недвижимости или денег, а в ценных бумагах, которыми они могут распорядиться по своему усмотрению.

С тех пор прошло почти 30 лет, страсти поутихли. И теперь неприкосновенной считается частная собственность, закрепленная законами начала 1990-х годов. А более живой интерес сегодня вызывает не недвижимость, а собственность на загородную землю и правила поведения на ней. Например. Собирая грибы, вы углубились в густой лес и вдруг наткнулись на табличку «Частное владение». Вам в спину сразу пальнут из дробовика или спустят собак? Вовсе нет. Но желательно найти хозяина и попросить у него позволения продолжить прогулку. Формально он имеет право вам отказать – но в этих случаях и предупреждения бывают строже: заборы или щиты с подробными правилами поведения. А чаще всего хозяева не возражают, если вы гуляете в их угодьях, соблюдая приличия.

Конкретные истории. Пенсионерка Мария получила в наследство вместе с хутором 3 гектара леса. Она не возражает против прогулок по нему посторонних, но у нее есть условия. Во-первых, никаких костров. Во-вторых, можно собирать грибы и ягоды, но к столу, а не в промышленных масштабах. В лесу, считает Мария, должны обитать зверюшки, а если им станет нечего есть, то они уйдут. А вот Сандер, он владеет всего одним гектаром леса, но с тропинкой, которая ведет к морю. Тропинку облюбовали местные дачники, они же по бокам от тропинки стали оставлять следы пикников, что очень не понравилось Сандеру. Выход к морю перекрывать нельзя: прибрежная полоса, согласно Экологическому кодексу, должна быть доступна всем гражданам Эстонии. Поэтому Сандер вынужден был по обеим сторонам тропинки поставить заборы.

Если отдыхающие не поймут вежливых предупреждений Марии и Сандера (а также хозяев старинных усадеб, живописных хуторов, полей с посадками, пасек), то владельцы частной собственности обратятся в правоохранительные органы, и закон будет на их стороне – приедет полиция.

Неужели в Эстонии все настолько одержимы верой в дух и букву закона, что совсем нет коррупции? Коррупция есть, и борьба с ней тоже есть.

Наталья Пахомова

Рекомендуем также на нашем сайте статьи:
«Эстония без коррупции».
«Как Эстония стала поставщиком электронных услуг №1».
«Эстония без бедных».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Comments are closed.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Читайте ранее:
Как Эстония стала поставщиком электронных услуг №1

В 1992 году Эстония еле пережила обретение свободы. Советская империя распалась, почти все предприятия встали, инфляция достигла четырехзначных показателей. Тогдашний...

Закрыть
61 запросов. 0,791 секунд. 47.0628128051762 Мб