November 19, 2018

Особенности культуры, национального характера и армии, сделавшие израильтян нацией предпринимателей

За несколько десятков лет Израиль стал инновационной супердержавой, превратился в мировой центр науки и высоких технологий. Его называют второй Силиконовой долиной. Если 60 лет назад Израиль экспортировал в основном цитрусы, то сегодня на высокотехнологичную продукцию приходится 11% его ВВП и более 50% экспорта. Что обеспечило Израилю столь впечатляющий инновационный прорыв?

Особенности культуры и национального характера израильтян

Выживание через успех. У Израиля нет нефти и плодородных черноземов, нет сухопутных границ, через которые можно вести внешнюю торговлю. Все материальные ценности Израиля создает хорошо мотивированная армия предпринимателей. Мотив поощряет их развивать бизнес и брать на себя риски. Мотивом является выживание, которое не считается само собой разумеющимся в этом регионе, склонном к войнам. С самого основания своего государства израильтяне осознавали, что будущее – и ближайшее, и отдаленное – всегда под вопросом. Поэтому надо ценить настоящее и жить настолько полно, насколько это возможно. У израильтян есть слово «давка» (наперекор, специально, как раз, именно потому), они говорят: «Чем больше нас атакуют, тем большего успеха мы достигаем». Иными словами, выживание через успех. Стремление к выживанию выработало привычку «двигаться только вперед», постоянно развиваться.

В израильском обществе импульс быть первыми и импульс к созданию инновативного подхода сливаются в один. В центре этого импульса находится инстинктивное понимание того, в XXI веке любая развитая страна обязана стремиться стать «фабрикой идей» – сама генерировать идеи внутри и заимствовать лучшее, созданное в других государствах. Израиль превратился в одну из самых больших в мире «фабрик идей».

«Всегда готов к действию», «я действую», «я могу» – так можно охарактеризовать предпринимательский дух израильтян. И это – тоже производная от их неуверенности в завтрашнем дне. Когда у израильского предпринимателя появляется деловая идея, он начинает работать над ее воплощением уже на «этой неделе», не теряя время на бесконечное обдумывание и сомнения. Это продуктивно, хотя не исключены неудачи.

Неудовлетворенность, неизбывная потребность изменять, совершенствовать, изобретать. Израильский президент Шимон Перес: «Каждая технология, которая приходит в Израиль из США, появляется в армии, и через пять минут они ее уже изменяют». То же происходит и вне армии. Израильтяне на практике подтверждают утверждение о том, что «бедствия в силу необходимости порождают изобретательность».

«Культура несогласия», стремление ставить под сомнение даже очевидное, спорить обо всем и по поводу всего. Иудаизм и Израиль всегда взращивали культуру сомнений и споров, «игру с открытыми вопросами, которая состоит из интерпретаций одного человека, интерпретаций, высказанных в ответ, повторных интерпретаций, а также противоположных интерпретаций». Эти черты присущи всему обществу и, как ни парадоксально, израильским военным. Известна поговорка «два еврея – три мнения». Сомневаться в привычном, задавать вопросы, спорить, формировать собственное мнение и не идти бездумно на поводу у большинства детей учат с малых лет. «Культура несогласия» способна воспитывать людей, для которого инновации – неотъемлемая часть жизни. Опять же самые оригинальные решения труднейших задач скорее рождаются в среде, где каждый участник команды является лидером.

Председатель совета директоров Google, основатель венчурного фонда Innovation Endeavors Эрик Шмидт: «Израиль процветает в сфере инноваций, потому что культура израильтян позволяет подвергать сомнению авторитеты и бросать вызов всему – они не следуют правилам. Влияние, которое израильтяне оказывают на науку и технологии, огромно. Вот почему я инвестирую в Израиле».

Поэтому не удивительно, что для израильской культуры не характерны чинопочитание и иерархическая дисциплина. Сотрудники израильских компаний готовы бросить вызов высшему руководству, а не просто следуют директивам, спускаемым сверху. Они отстаивают свою правоту в дебатах, которые считают наилучшим способом разобраться в проблеме. Сотрудники никогда не говорят о человеке у него за спиной. Всегда известно, в каких отношениях они находятся. Такое поведение превалирует не только в гражданских компаниях, но и в армии, как, впрочем, и свобода в принятии решений. Говорят, что «значительно сложнее управ¬лять 5 израильтянами, чем 50 американцами, потому что израильтяне постоянно задаются вопросом: почему вы – мой начальник, а не я – ваш начальник?»

И в обществе, и в армии также преобладают мышление и поведение в стиле рош задолъ («с большой головой») над стилем рош катон («с маленькой головой»). Во втором случае приказы интерпретируются узко, чтобы избежать дополнительной ответственности и дополнительной работы. Тот же, кто включает «большую голову», относится к приказам критически, понимая, что начальник может ошибаться, и всегда думает, чтобы сделал он сам. И тогда импровизация доминирует над дисциплиной, возможность усомниться в приказе начальника – над уважением к иерархии. Подвергать сомнению приказы начальника – это директива, норма для младших израильских военнослужащих.

Неформальность в поведении. Вежливость не считается достоинством. Израильтяне, не смущаясь, спрашивают едва знакомых людей, сколько им лет, сколько стоит их квартира или автомобиль, делают замечание по поводу одежды. Те, кому не нравится такое поведение, могут быть отвергнуты израильтянами, остальные находят его честным. «В стране, в которой вежливость не считается достоинством, ощущаешь себя более комфортно».

Уникальная терпимость к конструктивным, интеллектуальным неудачам. В израильском деловом этикете предприниматели, потерпевшие неудачу, не считаются лузерами, на них не принято ставить крест. Их негативный опыт рассматривается как ценный актив, если они сделали правильные выводы и готовы начать сначала. Специалисты утверждают, что, «когда предприниматели достигают успеха, они pe¬волюцинизируют рынки. Потерпев неудачу, они продолжают пребывать под постоянным конкурентным прессингом и таким образом стимулируют прогресс».

Израильтяне не боятся социальной цены неудачи и разрабатывают свои проекты независимо от экономической и политической ситуации. Запуск стартап-компании, приход в сферу высоких технологий стал наиболее уважаемым и обычным направлением карьеры молодых израильтян. Они знают, что следует пробовать, и возможная неудача будет не клеймом, а важной строкой в их резюме, ведь «неудача – это часть успеха». Для сравнения: в Южной Корее, несмотря на страсть корейцев к технологиям, стартапов существенно меньше, чем в Израиле. Почему? Из-за страха «потерять лицо»: если кореец терпит неудачу, об этом никто не должен знать. Высокая терпимость к неудачам проявляется и в израильских законах, касающихся создания стартап-компаний и их банкротства. Все это делает Израиль одним из самых удобных мест в мире для рождения новых компаний.

Креативность во имя безопасности. Маленький по территории и по численности населения Израиль никогда не сможет стать крупным рынком или развить большие отрасли промышленности. Единственная возможность для него – стремление к качеству, основанному на креативности. Ведь размер приносит количественные преимущества, а небольшие масштабы позволяют концентрироваться на качестве. Израиль развивал креативность не пропорционально размеру страны, а пропорционально опасностям, которым противостоял. Креативность во имя безопасности заложила основу сначала оборонных, а затем и гражданских отраслей.

Что позволило израильской армии стать основным двигателем прогресса в инновационной сфере?

Иерархия в израильской армии естественным образом ограничена. Любая армия, как правило, базируется на строгой иерархии, непоколебимом подчинении старшим по званию и принятии факта «солдат – лишь маленькая спица в огромном колесе». Но Армия обороны Израиля не соответствует этому шаблону. Маленький Израиль не в состоянии выделить столько офицеров, сколько могут позволить себе другие страны. Его армия намеренно недоукомплектована на верхних уровнях, там меньше старших офицеров, отдающих команды. Это пробуждает индивидуальную инициативу на нижних уровнях. Ответственность делегируется сверху вниз частично по необходимости, частично – в плановом порядке. Военнослужащий получает минимальное число инструкций сверху, от него ждут импровизаций, даже если он нарушит некоторые правила. В израильской армии мало полковников и изобилие лейтенантов. В боевых частях соотношение старших офицеров и военнослужащих – 1:9 (в американской армии 1:5). То же справедливо и в отношении ВВС Израиля, которые возглавляет генерал с ¬двумя звездами (то есть более низкого ранга, чем в западных армиях). Сержанты выполняют работу, которая в других армиях является обязанностью полковников.

В армии доминируют резервисты. Израиль настолько меньше по численности населения и территории, чем его враги, что с самого начала было понятно, что регулярная армия не может быть достаточно большой, чтобы защитить страну от атак со всех сторон. Регулярные части набираются из резервистов и возглавляются офицерами-резервистами. В других странах резервисты лишь дополняют регулярную армию, являющуюся первой линией обороны нации. В действительности это – ужасный способ управления армией, но израильтяне достигли в нем мастерства, поскольку у них просто нет выбора.

Ранг мало что значит в системе резервистов. В резервных формированиях среди трудностей военной жизни атмосфера остается гражданской. Никто не ожидает от солдат, что они будут безоговорочно подчиняться приказам. Израильские солдаты не оцениваются по рангу, о них судят по тому, насколько они хороши как солдаты. Приказы отдаются, им подчиняются, но только в том духе, что есть работа и ее нужно выполнить, а иерархия ранга важна в малой степени. Солдат, над которым не довлеют звания, может сказать и генералу: «Вы не правы».

Военнослужащие запросто подвергают сомнению компетентность старшего офицера. Они собираются вместе и обращаются к офицеру, потерявшему их доверие: «Мы не хотим служить под Вашим началом. Вы недостаточно компетентны». Голосуют за то, чтобы офицер ушел. И он уходит. Отношения в армии больше ориентированы на результат, чем на звание. Это уникальное качество израильских военных критически важно для достижения эффективности. Ключом к лидерству является уверенность солдат в своем командире. Если они не доверяют ему, не уверены в нем, то не пойдут за ним в бой. Батальонный командир потерпел неудачу – профессиональную или моральную – в любом случае солдаты должны знать, что могут обсудить это. Такое поведение приемлемо и поощряется. Рядовые не обязаны отдавать честь офицерам – в отличие, скажем, от американской армии, где жесткие иерархические порядки, звание очень важно, считается, что «вы отдаете честь званию, а не человеку».

Специалисты считают, что израильская армия в реальности даже более упорядоченная, чем американская. Это может показаться странным, поскольку американская армия называется армией добровольцев (они служат не бесплатно, но по свободному выбору), а израильская построена на обязательной воинской повинности. Однако в Израиле есть неписаный социальный контракт: «Мы будем служить в армии при условии, что страна будет нести ответственность за нас».

Групповые «разборы полетов» не менее важны, чем обучение и настоящий бой. В элитных частях вооруженных сил день заканчивается «разбором полетов». Все члены подразделения, независимо от ранга, собираются и разбирают события дня. Каждый тренировочный полет, симуляции и реальные действия рассматриваются как лабораторная работа, которую нужно исследовать, открывая новую информацию. Обсуждение длится полтора часа и сопровождается спорами. Акцент делается не только на откровенности, но и на самокритике, чтобы все учились на ошибках. Так происходит обучение, нарабатывается довольно жесткий опыт.

То, как человек общается с другими, рассматривает разные точки зрения на события и принятые решения, анализирует свои действия и поведение других, – важная часть военной культуры. Попытки оправдать неправильное решение неприемлемы. Защита своих ошибочных действий непопулярна – нельзя учиться у того, кто защищает себя. Но целью обсуждений не является простое признание ошибок. Военнослужащие должны понять, что ошибки приемлемы, если они используются как возможность улучшить индивидуальные и групповые результаты. Подчеркивание полезных уроков, которые можно использовать для создания новых формальных правил, типично для Армии обороны Израиля.

«Вся израильская военная традиция заключается в том, что традиций нет». Командиры и солдаты не должны принимать идею и решение лишь потому, что они (идея/решение) сработали в прошлом. Научить людей быть эффективными во многих сферах, вместо того чтобы достигать мастерства в чем-то одном, – такая стратегия очевидна для большинства военных и стала частью израильского общества.

Выработка навыков работы в команде. В армии считается, что нет лидерства без личного примера (возглас в бою: «Делай как я»), без того, чтобы вдохновлять подразделение (команду) действовать сообща и вместе с офицером. Недопустимо никого оставить позади. Израильтяне достигли превосходства в командной работе.

Татьяна Михайловская
Дайджест: Сенор Д.,Сингер С. Нация умных людей. История израильского экономического чуда / Пер. с анг. Д. Стороженко. М.: Карьера Пресс. 2012.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Comments are closed.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Читайте ранее:
Израильская разведка, подразделение 8200 – инкубатор для стартапов

Израиль – маленькая страна, с 8,5-миллионным населением, при этом 88 технологических компаний, созданных израильтянами, торгуются на бирже NASDAQ, больше только...

Закрыть
62 запросов. 0,830 секунд. 45.5330276489262 Мб