August 24, 2019

Легитимность не есть законность

 

Сегодня каждый из нас невольно становится «экспертом» по Сирии. Главный вопрос – зачем? Ведь эти бомбардировки  грозят втягиванием россиян в совершенно чуждый им межконфессиональный конфликт, грозит потоком груза 200 из нового Афганистана. Теперь реальными кажутся новые взрывы шахидов в метро и аэропортах. Зачем? Кому это надо?

Правдоподобный ответ дает Иван Крастев в The New York Times . Нанося удары по противникам Асада, Кремль пытается преподать миру, и особенно Западу, урок своих ценностей,  заставить его отказаться от поддержки повстанцев, стремящихся свергнуть законное правительство.

Путин противопоставляет идее свободного общественного договора и права народа на восстание против тирании свое понимание, если хотите, догму о неприкосновенности правителя и нерушимости государства, если порядок управления закреплен принятым Госдумой законом. Кремль  отказывается вести диалог с оппозицией до момента, пока правительство не вынуждено бежать из страны. Именно в рамках этой логики Кремль поддерживал режим Виктора Януковича на Украине, а теперь, нанося удары в Сирии, действует  в интересах Башара Асада.

Несомненно, порядок, поддерживаемый органами государства лучше хаоса. Но следует ли поэтому  абсолютизировать любую тиранию? Кремль говорит: смена власти легитимна лишь в случае, когда она происходит по закону, смешивая легитимность и законность. Власть может быть законной, но нелегитимной: мы видим это сегодня принятые законы и практики их исполнения  препятствуют свободному волеизъявлению граждан. Иными словами легитимность – материя  более тонкая, чем легальность (законность), но часто решающая.

Кремль любит приводить в пример антигитлеровскую коалицию, объединившую разные страны в борьбе с мировым злом, но его действия (и понятия легитимности) ближе более давней истории, а именно созданному 200 лет назад, после поражения Наполеона, Священному союзу, целью которого было сохранение власти правящих династий и подавление антимонархических и национально-освободительных движений. Россия была одним из инициаторов того союза. Видимо путинское  понятие о легитимности родом оттуда, из начала XIX в., когда легитимистами называли тех, кто считал наследственное право династий основой государственного устройства и миропорядка.

Россия, обвиняя Запад в догматизме, навязывает миру свою, противоположную догматику. Сакрализация правящих режимов не хуже и не лучше сакрализации права народа на революцию. И то и другое ведет к социальным взрывам и гибели людей. В борьбе двух крайностей с трудом просматривается путь к бескровной модели смены власти.

Дайджест по материалам прессы

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Comments are closed.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Читайте ранее:
Парламентский контроль через резолюцию о недоверии

Перед кем ответственно правительство в России? Официальный теледемагог ответит: перед народом. Юрист – правовой фетишист пустится в рассуждение о сложной системе ответственности правительства...

Закрыть
63 запросов. 0,866 секунд. 55.898353576662 Мб